«Некоторые земли сами по себе злые», - так говаривал старина Джолс, сидя на своей веранде с потрепанной временем трубкой, и невидящим взглядом смотрел куда-то в горизонт.
«Как эти земли, например»,  - пояснял он, выпуская облако дыма в воздух. И оно поднималось выше, постепенно рассеиваясь и растворяясь в вечернем, слегка остывшем, воздухе. В этом была некая таинственность. Ощущение посвященности, причастности. Когда ты вот так просто сидишь рядом со стариком, повидавшим и знающим так много, и чьи речи звучат так осмысленно с неким потаенным, почти потусторонним смыслом.
«Здесь, в Дерри, здесь есть Зло. Оно живет здесь с незапамятных времен. Питается. Растет. Врастает в жителей, обвивая липкими своими щупальцами позвоночник и тихо нашептывая гнусности на ухо. Это Зло - везде и нигде. Понимаешь? Оно в воздухе. Зло это. Оно - уже в тебе», - и не врите, что не страшно, когда этот туманный взгляд старческих, подернутых катарактой, глаз смотрит прямо тебе в душу. Словно видит эти щупальца Зла, которое живет в самом Дерри. И что в воздухе, и что в воде, которую вы пьете по утрам или после изнуряющей тренировки.
Это Зло - оно везде.
И эти глаза, которые смотрят почти в корень его.
Смотрят и ничего не говорят. Хотя ты и видишь, почти видишь, отражение оного в усталых глазах Джолса.
«Его можно победить? Можно с ним справиться?» - ты заранее знаешь ответ, но ведь надежда, она умирает последней, верно?
«Как можно избавиться от того, что нельзя ощутить? Чего нельзя коснуться? Химера, Джон. Оно - это Химера. Ты гонишься за тем, о чем не имеешь ни малейшего представления, Джон», - и тут ты понимаешь, насколько тебе страшно, и насколько ты потерян.
А щупальца, - теперь ты ощущаешь их кожей, - сжимают твое горло - не закричать.
Как можно победить то, чего нет, Джон?


     Для существования зла не нужны оправдания. А некоторые места сами по себе злые. По сути своей. Так же случилось и с этими землями. Здесь Зло – первородное и чистое. Оно почти сияет, если зло может вообще сиять.
     Но Дерри не всегда был таким.
     Здесь не всегда веяло холодом даже в жаркие дни, а небо не казалось таким низким, будто вот-вот упадет, даже летом.

     Когда-то, когда эти земли еще не были заселены европейцами, не существовало провинции Мэн, а эти земли еще принадлежали к чужим границам, Зло уже было здесь. Как и маленькая церквушка, вокруг которой выросли несколько домов да конюшня. Молились тут исправно, ни одна душа не пропускала воскресную службу, а Бога почитали и чтили заповеди его. Зло пило души людей через тонкую соломинку, оставаясь незамеченным и слабым. Люди верили, молились и уповали, но вера здесь, увы, не спасала никого. И тогда прямо напротив церквушки вдруг вырос бар.
     И потянулись верующие к его дверям, и забылись молитвы, опустела церковь, а лавы ее покрылись слоем пыли. И Зло пило людей большими глотками, глотая жадно, но все еще было голодным и слабо ощутимым.

     И тогда пришли на эти земли охотники. Они охотились на зло, не виданное поселенцам.
     Возмущение от пренебрежения верой, Богом, его заповедями, сподвигло охотников на борьбу. Ополчились тогда, вооружились поселенцы: кто взял в руки вилы и дубинки, а кто проявил свою звериную сущность. Но все, как один, встали на защиту своей новой жизни.
     И было сражение. И пылало пламя.
     В ту ночь никто не выжил. А злые земли испили крови, дав новую пищу Злу.
     И осталось лишь выжженное поле на месте поселения. А Зло стало сильнее.

     Шло время.
     Вновь выросли бар, и дома, и ферма поблизости. Соломинки у зла теперь были толще, больше. Жадные глотки теперь были больше, и отравляло зло жизнь людей с двойной силой.
     И снова был огонь и пылало пламя. Снова кровь оросила земли, дав Злу липкие щупальца страха. Все повторилось и в третий раз. И был теперь это город. Да название ему было Дерри.

     Зло в Дерри живое.
     Оно нигде и везде.
     Оно почти вязкое, липкое, cпособное обвить позвоночник своими щупальцами, запустить их под самый корень, завязаться под самым сердцем, сжать желудок.
     И пьет оно жителей, и кормит его своей вязкой и черной, как смола, отравой. Отравляет мысли, речи; загрязняет отношения; заставляет гнить изнутри; диктует свои правила, навязывает свою волю.
     А еще, еще оно питается.
     Оно рядом. Оно заставляет дрожать от страха, но лишает силы воли бежать.
     
     Здесь Зло повсюду: в воздухе, которым вы дышите, в воде, которую пьете. Оно у вас под кожей, под ногами, над головой. Оно везде и нигде. У него нет плоти и крови. У него нет тела, которое можно сломать, изрезать, уничтожить. Но его дух, его сила велики.
Зло в Дерри мощное, оно почти хищное, и оно сожрет вас изнутри.
     Гуляя по улочкам Дерри, помните, что навязчивая мысль о том, что за вами следят, и шорох где-то слева - не пустая игра воображения. Зло повсюду, и оно не дремлет.
     Но если вы сможете вырваться, сбежать, забрав с собою пару седых прядей - как напоминание о том, что вы пережили и через что прошли, - то вы все забудете.

     Вы освободитесь.
     Наладите свою жизнь. Добьетесь успеха.
     Но сможете ли вы?
     Хватит ли у вас сил?
     Оно сильно, как никогда.
     Оно повсюду.
     Оно в вас.
     Вам все еще не страшно? Приезжайте в Дерри. Потеряйте здесь свою душу.
     ...И жизнь, если повезет.